Кодво Эшун. Дальнейшие размышления об афрофутуризме, часть 2

Начало статьи

Обращение к музеям

Для современных африканских художников принципиально важно разобраться в производстве и распространении таких идей и вмешаться в хронополитический процесс. Возможные варианты хронополитических акций представлены в творчестве таких фигур, как Жорж Адеагбо и Мешак Габа. Оба художника решили, в традициях Марселя Бротарса и Фреда Уилсона, имитировать музеи, тем самым обнажая, деконструируя, высмеивая и критически утверждая институциональную систему знаний, привязанную к строго определенному социокультурному и историческому контексту.

«Музей современного искусства» у Габы стал «одновременно критикой музея как институции в том виде, как она понимается в развитых странах, и утопической конструкцией, возможной моделью несуществующего учреждения <...>. Двойственная оптика — одновременно критическая и утопическая — связана с фигурой самого художника <...>, который обнаруживает структуру там, где ее нет, не забывая об ограничениях существующих моделей, относящихся к определенному социальному и экономическому строю, который основан на колониальном господстве в его самых жестоких проявлениях» (Gaba 2002).

Жорж Адеагбо. The Defense..! 2016. Фрагмент инсталляции. Courtesy Lumen Travo, Амстердам
Жорж Адеагбо. The Defense..! 2016. Фрагмент инсталляции. Courtesy Lumen Travo, Амстердам

Опережающие меры

Афрофутуристический художественный проект может опереться на эту «двойственную оптику», сочетающую «критическое и утопическое» начало, чтобы показать, каким образом для Африки делается и закрепляется сугубо негативный прогноз, и переосмыслить этот подход к будущему. Для африканского художника 2005 года в этих безжалостно-катастрофических прогнозах заложен строго определенный концептуальный подтекст.

При определенной заинтересованности африканский художник обнаружит, что здесь есть пространство для самых разных опережающих маневров, имитаций, манипуляций, даже паразитизма. Запрос на светлое корпоративное будущее, проиллюстрированное рекламой с улыбками во весь экран, может восприниматься как очень злая шутка, высмеивающая транснациональные заблуждения. Эксплуататорскую трактовку, согласно которой Африку неминуемо ждет самое беспросветное отчаяние, художник может деконструировать, разобрать на составные элементы.

В таком случае задачей афрофутуризма становится разработка плана действий в области предсказаний, прогнозов, предположений, опережающих мер, виртуального, досрочного, будущего условного.

Здесь подразумеваются действия в трех различных, но частично пересекающихся направлениях: мире математического моделирования, мире вымыслов и — как описывал Гилрой в книге «Между лагерями» (Between Camps, 2001) — артикуляция будущего, заложенного в черной разговорной речи. О возможностях, которые перед африканским искусством открывают две первых области, мы уже немного поговорили, обратимся теперь к третьей. Работа с этим материалом требует серьезного и терпеливого разбора звуковых представлений о внеземном и будущем, а также научно-технической беллетристики.

Представьте себе археологическую экспедицию в свободное от работы время. Ученые сидят вокруг своих жидких гелевых экранов, пока процессоры вычисляют возможные варианты будущего для реальных городов через приложение «Глобальные сценарии» — продвинутую видеоигру, где собраны все возможные альтернативные версии. Местом действия пока выбран Лагос, очередь других городов наступит в следующих раундах. Игрокам предлагается задать параметры развития транспортной системы, энергопотребления, переработки отходов, расположения жилых, промышленных и коммерческих зон. На основании этих данных система выдаст картину мира образца 2240 года.

Звуковые сценарии черного атлантизма

Афрофутуризм непредставим без всех его многообразных звуковых процессов — разговорных ли, интеллектуальных, синкопированных, без всей его звуковой ипостаси. Реальность повседневного бытования черной разговорной речи может оказаться губительной для привычных методов современного искусства. Однако истории прошедшего будущего могут послужить и ценным источником вдохновения.

Представьте себе, что художник Жорж Адеагбо придумал инсталляцию по мотивам обложек альбомов Parliament-Funkadelic 1974–1980-х годов, выстраивая из культурной памяти своей эпохи новый ряд политико-социо-расово-сексуальных фантазий. Представьте, что археологи будущего раскопали фрагменты его работы: техно-окаменелости будущего вчера.

Афрофутуризм внимательно прислушивается к призывам черных художников, музыкантов, теоретиков и писателей, звучавшим в те годы, когда им сложно было вообразить для себя хоть какое-то будущее. В 1962 году композитор и руководитель джазового оркестра Дюк Эллингтон опубликовал короткое эссе под названием «Космическая гонка» (The Race For Space, Ellington 1993), где пытался вынудить будущее встать на службу черному освободительному движению. Однако еще 1966 году (в 1967. — прим. ред.) Мартин Лютер Кинг в книге «В каком направлении мы пойдем?» (Where Do We Go From Here?) утверждал, что социальный и технологический разрыв столь велик, что ставит под сомнение всю идею социально-экономического прогресса (Gilroy 2001).

Мешак Габа. Музыкальная комната. Фрагмент инсталляции «Музей современного африканского искусства». 1997–2002. Выставка в Кунстхалле Фридерицианум, Кассель, 2009. Courtesy Fridericianum
Мешак Габа. Музыкальная комната. Фрагмент инсталляции «Музей современного африканского искусства». 1997–2002. Выставка в Кунстхалле Фридерицианум, Кассель, 2009. Courtesy Fridericianum

Афрофилия в вышних

Между концом 1960-х, когда сошло на нет движение за власть черных, и серединой 1970-х, когда стали набирать популярность панафриканизм и Боб Марли, музыкальной культуре афродиаспоры была присуща афрофилия, сочетавшая идиллические представления об анархическом устройстве освобожденной Африки с научными гипотезами о высокотехнологичном африканском будущем. Эти два течения находились в шатком, но конструктивном равновесии.

В массовом сознании это равновесие воплощали египетские мотивы в творчестве группы Earth, Wind, and Fire. Впрочем, попытки совместить доиндустриальную и высокотехнологичную Африку предпринимались еще в 1950-х, при жизни композитора и музыканта по имени Сан Ра, который целиком и полностью посвятил себя созданию и утверждению оригинальной космогонии.

Космогенетический момент

В 1995 году лондонская группа Black Audio Film Collective выпустила документальный фильм «Последний ангел в истории» (Last Angel of History), он же «Сообщество матерей» (The Mothership Connection) — киноочерк, который до сих пор считается наиболее подробным и детальным изложением идей афрофутуризма в их совокупности. В нем имеется сквозной персонаж — путешественник во времени по имени Похититель информации, который связывает воедино темы музыки, космоса, футурологии и диаспоры. Африканские музыкальные композиции здесь представлены как род телекоммуникации — распределенные элементы кода к секретной черной технологии, которая должна обеспечить всей диаспоре будущее. Сюжетный ход с секретной черной технологией позволяет афрофутуризму достичь предполагаемой точки ускорения.

Представьте, как археологи, щурясь, вглядываются в потрескавшийся экран микровидеоинсталляции, где можно разглядеть Похитителя информации, застрявшего в подземельях истории Западной Африки.

Режиссер Джон Акомфра (член группы Black Audio) и сценарист Эдвард Джордж опирались на идеи теоретика Джона Корбетта — именно на его статью «Братья с другой планеты» намекает название фантастического фильма Джона Сейлза: главный герой, инопланетянин, сбегает от своих межгалактических поработителей, притворившись афроамериканцем. Акомфра и Джордж во многом ориентируются на творчество Сана Ра и его группы The Arkestra, а также одного из основоположников даба — музыканта, продюсера и автора песен Ли Перри, и продюсера группы Parliament-Funkadelic Джорджа Клинтона. Все трое важны для нашего сюжета как авторы, использовавшие студии звукозаписи, виниловые пластинки, обложки альбомов и звукозаписывающие лейблы для популяризации мифологических, программных и космологических идей, заложенных в их концептуальных альбомах.

Творчество группы The Arkestra, продукция звукозаписывающей студии Перри The Black Ark и цикл альбомов Parliament-Funkadelic под названием The Mothership Connection позволили Корбетту прийти к выводу, что все перечисленные деятели «во многом опирались друг на друга, работали с общим набором мифологических образов и символов, разрабатывали темы покорения космоса и жизни на других планетах, черпая оттуда свою образную систему».

Дэвид Алабо. Архангел. Цифровой коллаж
Дэвид Алабо. Архангел. Цифровой коллаж

Неопределенный идентификатор

К началу 1980-х изобрели секвенсоры, сэмплеры, синтезаторы и прочие цифровые устройства и компьютерные программы, придававшие музыке новую, в том числе расовую, идентичность. Определять расовую принадлежность музыкантов по старинке уже не получалось: по сэмплам просто невозможно ничего понять на слух.

Итак, расовая идентификация стала дискретной, завуалированной для слушателя, а у музыкантов появился намек на гетерономию. Человеко-машинный интерфейс стал одновременно условием и субъектом афрофутуризма. Киборги из подсознания детройтских техно-музыкантов Хуана Аткинса и Деррика Мэя позволяли своим создателям отойти от предопределенной музыкальной идентичности и сродниться со своим отчуждением. Тельма Голден в своих заметках о постчерной эстетике XXI века описывает процесс музыкального самоопределения в студийных звукозаписях более исчерпывающим образом, чем практики визуального искусства, сложившиеся в галереях.

Последствия ревизионизма

Гилрой утверждает, что развитие перечисленных тенденций совпадает по времени с моментами исторических обострений. Но если рассматривать таким образом представления о будущем, бытовавшие в широких черных массах, их придется трактовать как побочные эффекты более общих социальных и освободительных процессов, а не как их важный элемент. Среди исторических явлений такого рода можно назвать черную эсхатологию, движение за власть черных и другие духовно-политические течения, а также послевоенные политико-эзотерические секты: «Нацию ислама» (NOI), египтологов, приверженцев космологии догонов и теории украденного наследия.

Эсхатологические представления «Нации ислама» сочетали эзотерические гипотезы о происхождении человеческой расы (с упором на расовые меньшинства) с катастрофическим учением о времени. Догонский мистик Оготомелли продемонстрировал французским этнографам Марсели Гриолю и Жермене Дитерлен знакомство с параметрами звезды Сириус из созвездия Большого Пса: оказалось, что космологические мифы догонов содержат поразительно точную астрономическую информацию. Египтологи, воодушевленные утопическим авторитаризмом, стремились отыскать свидетельства утраченного величия Африки в доиндустриальную эру. «Черная Афина» (Black Athena) Мартина Берналя (1988) и «Украденное наследие» (Stolen Legacy) Джорджа Джеймса (1989) почти одновременно объявили на весь мир о заговоре белых, которые скрывали, что вся наука на самом деле была похищена в Африке. Отныне гегельянская традиция подлежала пересмотру, поскольку истоки цивилизации следовало искать не в Европе, а на черном континенте.

Канфар с головами мужчины-африканца и женщины-гречанки. Около 480–470 до н. э. Керамика. Художественный музей Принстонского университета. Фото: Bruce M. White. Воспроизведено на обложке нескольких изданий книги Мартина Берналя «Черная Афина»
Канфар с головами мужчины-африканца и женщины-гречанки. Около 480–470 до н. э. Керамика. Художественный музей Принстонского университета. Фото: Bruce M. White. Воспроизведено на обложке нескольких изданий книги Мартина Берналя «Черная Афина»

Афрофутуризм ни в коем случае не был наивной попыткой самовосхваления. Мракобесное манихейство «Нации ислама», попытки ретроактивной компенсации у египтологов, догонская космология и полное изменение картины мира в духе «Украденного наследия» сразу бросаются в глаза. Но если проанализировать политические истоки этих площадных футурологий, постепенно удастся вычленить целую генеалогическую цепочку конкурирующих воззрений, каждое из которых стремится по-своему перекроить историю. При любой попытке разобраться в том, откуда брались и как распространялись те или иные системы верований, обращает на себя внимание факт, отмеченный Гилроем: «Даже когда движение, породившее их, сходит на нет, остаются следы в виде временнЫх пертурбаций».

Создавая возмущения и отклонения во времени и анахронистические «карманы», нарушающие линейное течение прогресса, эти версии будущего корректируют логику развития, согласно которой черные оказывались сосланы в предысторию. В хронополитическом смысле эти ревизионистские проекты можно трактовать как ряд конкурирующих версий будущего, в разной мере просочившихся в настоящее.

Ревизионистский подход разделяют и историки-самоучки типа Сана Ра и автора «Украденного наследия» Джорджа Джеймса, и современные интеллектуалы — Тони Моррисон, Грег Тейт, Пол Д. Миллер. Представление о том, что африканцы, испытавшие на себе плен, похищение, увечья и рабство, стали первыми по-настоящему современными людьми, чрезвычайно важно, поскольку делает рабство краеугольным камнем Нового времени. Когнитивный и понятийный сдвиг, который должен был произойти в обществе для того, чтобы такое высказывание в принципе стало возможно, сопрягает философию с бесчеловечностью, а жестокость — с поступательным ходом времени. Задача в том, чтобы насильно объединить разные системы знаний, лишив любой понятийный аппарат невинности.

Афрофутуризм можно трактовать как развитие идей, заложенных в ревизионистских постулатах Моррисон. В интервью с писателем Марком Синкером культуролог Грег Тейт предположил, что различие между означающим и означающим можно понимать как срединный переход, отделяющий значение (то есть смысл) от знака (то есть буквы). Сопоставление расовой дискриминации с семиотикой позволяет срастить историческую травму со структуралистским инструментарием. При скрещении этих двух линий тревога достигает такого накала, что вторая искажается, а первая абстрагируется.

Сайрус Кабиру. Из серии C-Stunners. 2010-е. Очки из найденных объектов
Сайрус Кабиру. Из серии C-Stunners. 2010-е. Очки из найденных объектов

О пользе отчуждения

Но на исправлении истории будущего афрофутуризм и не думает останавливается. Дело ведь не только в том, чтобы включить как можно больше черных персонажей в научно-фантастический нарратив. Эти методы — лишь первые крошечные шажки в сторону более универсального открытия, которое Грег Тейт сформулировал так: члены африканской диаспоры переживают ту самую отчужденность, которая описана в научной фантастике. Жизнь в черном мире и научная фантастика уравниваются между собой.

В «Последнем ангеле истории» Тейт утверждал: «Сама по себе форма, общепринятые способы повествования и обращения с субъективностью заставляют сфокусироваться на герое, который вступает в противоречие с властным аппаратом общества. На самом глубинном уровне он переживает общекультурную неустроенность, отчужденность, разрыв. Многие научно-фантастические сюжеты строятся как раз вокруг борьбы героя с выталкивающим его обществом и обстоятельствами. В целом в тех же категориях может быть описан и опыт большинства черных людей в пострабский период XX века».

Фрагмент обложки виниловой пластинки-альбома Грейс Джонс Slave to the Rhythm, 1985
Фрагмент обложки виниловой пластинки-альбома Грейс Джонс Slave to the Rhythm, 1985

В начале столетия Дюбуа выдвинул для описания психологического и структурного отчуждения понятие «двойного сознания». Вообще говоря, отчуждение c психосоциальной точки зрения неизбежно. Зато художники, принадлежащие к африканской диаспоре, научились использовать его в своих целях, задавая контекст, способный привести к разотчуждению. Главное свойство афрофутуризма состоит в том, что он собирает разнородные концепции и опосредованные контрвоспоминания, добиваясь тройной или даже четверной осознанности, недостижимых прежде степеней отчуждения.

Представьте, что позже вечером, когда раскоп уже запечатан и ожидает продолжения работ наутро, когда все участники экспедиции благополучно дезинфицированы, один из археологов видит во сне шесть поворотных кругов. Как если бы сбылась мечта Человека-невидимки и он услышал бы в исполнении Луи Армстронга What Did I Have to Do to Be So Black and Blue, но только в шесть раз ярче.

Обращение к инопланетным мирам

Афрофутуризм использует иные миры как гиперболу — троп, позволяющий пересмотреть ход истории, изучить бытовые последствия похищения и неустроенности, понять, как это сказалось на становлении черноатлантической субъективности, переходе от раба к негру, затем цветному, цивилизованному, черному, африканцу и, наконец, афроамериканцу.

Если предположить, что все эти трансформации происходили насильственно, а не добровольно, гипотеза об участии иных цивилизаций дает основания для размышлений и переоценки ценностей. Мы имеем дело не столько с бегством от реальности, сколько с особенностями самоидентификации под гнетом постоянной расовой вражды, когда особую роль получает потенциал космоса и расстояния.

Ошибочно было бы предполагать, будто черные субъекты только и ждут, чтобы писатели-фантасты создали для них картину мира. Наоборот: приемы научной фантастики, жанра маргинального в литературной системе ценностей, но в то же время ключевого для осмысления современного мира, способны дать необходимый аллегорический инструментарий для описания того субъективного опыта, который черным людям довелось пережить в постколониальную эру ХХ века. Научная фантастика перерабатывается с тем, чтобы вписаться в историческую концепцию африканской диаспоры.

Дэвид Алабо. Пантера. Цифровой коллаж
Дэвид Алабо. Пантера. Цифровой коллаж

В ответ афрофутуризм обеспечивает ряд мистических возвращений к системообразующей травме рабства, на сей раз преподнесенной в категориях научной фантастики. Здесь уместно будет вспомнить статью Марка Синкера «Полюбить чужого» (Loving the Alien), где приводится строчка из композиции группы Public Enemy под названием Welcome to the Terradome со словами Apocalypse bin in effect (На самом деле речь идет о песне Countdown to Armageddon, где есть строчка Armageddon had been in effect. — Прим. перев.). Синкер интерпретирует ее следующим образом: население Африки пережило опыт рабства как своего рода апокалипсис, сопоставимый с похищением инопланетянами: «Корабли причалили уже давно. Они опустошили целые сообщества, насильно увезли и генетически изменили огромные пласты населения <...> Африка, Америка, а следовательно, и Европа с Азией во многих отношениях превратились континенты, заселенные Чужими».

Временной скачок

Современную электронную музыку афрофутуризм считает метатекстом, откуда черпаются системообразующие цитаты, с помощью которых можно изобретательно перекроить хронологию и внести необходимую долю вымысла в историю. Лирические пассажи считаются основой для исторических заключений. Социальная реальность и научная фантастика взаимосвязаны и откликаются друг на друга, порой в пределах одной фразы. Встречи с инопланетянами и похищения землян пришельцами в эпоху холодной войны воспринимались как морок, напоминающий о кошмаре, однажды уже пережитом в реальности.

Все симптомы, наводящие на мысль о близком контакте с иными цивилизациями, уже наблюдались в прежние годы, только тогда они приняли поистине катастрофический масштаб. Коллективные галлюцинации накладываются на опыт срединного перехода. Задача не в том, чтобы поставить под сомнение историческую реальность рабства. Ее нужно подвергнуть остранению с помощью временного скачка, который направит в другое русло все последующее течение истории, объясняя события через послевоенную социальную фантастику, художественные вымыслы и актуальную научную фантастику. Все это начинает казаться детально разработанным планом, призванным скрыть и признать травму.

Черноатлантическая мифология

В 1997 году эстетику разрыва и отчуждения довела до логического предела группа Drexciya — довольно загадочный коллектив продюсеров, электронщиков и дизайнеров из Детройта. В авторских комментариях к альбому The Quest, вышедшему в 1997 году, участники Drexciya предложили оригинальное прочтение срединного перехода в русле научной фантастики. По их легенде, жабродышащие дрексианцы — это нерожденные дети «беременных африканских рабынь, которых тысячами выкидывали за борт во время родов, поскольку больной и мешающий груз никому не был нужен».

Абдул Кадим Хак. Из проекта книги комиксов Drexciya. 2019
Абдул Кадим Хак. Из проекта книги комиксов Drexciya. 2019

Способны ли люди научиться дышать под водой? Плод в утробе матери, действительно, существует в водной среде. Если мать рожала в воде, могло ли так получиться, что детям не понадобилось учиться дышать воздухом? Недавние научные эксперименты показали, что мыши способны дышать жидким кислородом; больше того, недоношенного младенца сумели спасти от почти неминуемой смерти, обеспечив доступ жидкого кислорода в его недоразвитые легкие. Эти абсолютно достоверные факты, в сочетании с рассказами о водяных и болотных чудищах в прибрежных болотах на юго-востоке Соединенных Штатов, делают вымыслы дрексианцев на удивление правдоподобными.

«Черную Атлантику» Гилроя (1993) идеологи Drexciya воспринимали как научно-фантастическое сочинение, из которого извлекается теория четырех этапов миграции и мутации на пути из Африки в Америку. Отсюда выстраивается целая черноатлантическая мифология, которая успешно переосмысляет всю эволюцию черной субъективности. Из идей дрексианцев вырос целый цикл картин современной афроамериканской художницы-абстракционистки Эллен Галлахер, а теоретики Рут Майер и Бен Уильямс отреагировали на них критическими статьями.

Эллен Галлахер. Птица в руках. 2006. Холст, масло, полимеры, бумага, чернила, соль, сусальное золото. Галерея Тейт
Эллен Галлахер. Птица в руках. 2006. Холст, масло, полимеры, бумага, чернила, соль, сусальное золото. Галерея Тейт

Вскоре проект Drexciya распространился и в космос. Перед выходом альбома Grava 4 в 2002 году группа связалась с Международным звездным реестром (ISR) в Швейцарии, чтобы получить право выбрать имя для звезды. Так появилась звезда, официально внесенная в реестр как Grava 4, а она, в свою очередь, дала название новому разделу музыкального творчества Drexciya. Идеологи группы накручивали свои домыслы на электронные композиции и привязывали их к реально существующей точке космоса, тем самым получая вполне имперское право раздавать имена и колонизировать межгалактическое пространство.

Конечно, покупать права на владение далекой звездой — абсурд, но это не отменяет обязательств по контракту. Процесс его ратификации превращается в необычную художественную акцию: перед нами музыкальное сочинение, где метафорическое соединяется с юридическим, а электроника — с картографией. То есть фактические пункты контракта комбинируются с музыкальной композицией и астрономическим атласом, чтобы колонизировать пространство аудиовизуального воображения перед вооруженной высадкой.

Получается, что афрофутуризм можно считать программой восстановления и отвоевания тех историй, которые предваряют контрверсии будущего, созданные в эпоху, враждебно настроенную по отношению к афродиаспоре и ее дальнейшему развитию. Кроме того, афрофутуризм — это пространство, в рамках которого может быть предпринята важнейшая работа по изготовлению инструментов, способных воздействовать на текущее политическое устройство. Создание, перенос и изменения идей и подходов в теории и фантастике, электронике и звуке, визуальных искусствах и архитектуре — лишь часть расширенной сферы применения афрофутуризма, который трактуется как мультимедийный проект, распределенный по узлам, центрам, кольцам и звездам Черной Атлантики. Этот инструментарий, разработанный интеллектуалами из рядов афродиаспоры для собственных нужд, и императив, требующий кодировать, заимствовать, принимать, переводить, ошибочно воспроизводить, перерабатывать и пересматривать соответствующие идеи при условиях, описанных в настоящей статье, скорее всего, будет актуален еще много десятилетий.

Источник: artguide.com

promo fanfanews march 17, 20:04 8
Buy for 20 tokens
Успешных фильмов по произведениям Стивена Кинга довольно немного относительно всех его экранизаций. Тем не менее, продюсеры свято верят в то, что имя Кинга гарантирует сборы и бьются за права на его книги. В этом году нас ждет вторая часть « Оно », новая версия « Кладбища домашних животных »,…

Error

Anonymous comments are disabled in this journal

default userpic

Your reply will be screened

Your IP address will be recorded